Александр Арнгольдт (Alexandre Arngoldt) (10)

Александр Арнгольдт. «Я любила Махмуда…»

  • 4842
  • 0
  • 05 Ноября 200612:42
В старом доме с эркерами, пропахшем мастикой для паркета и ежевичным вареньем, жил мальчик Вениамин Порфирьевич, или Венечка, как звала его бабушка. Венечка рос застенчивым и мечтательным мальчиком, а его единственным другом был Махмуд.

Махмуд жил в банке из-под маринованных огурцов и отличался редким изяществом. Венечка ловил для Махмуда мух и мелких букашек и подолгу рассказывал ему обо всем, что вычитывал в книгах, хранившихся в пыльном шкафу за мутными стеклами. Махмуд был пауком.

Время от времени Венечка уходил на улицу и возвращался оттуда с барышнями, которых заманивал рассказами о Махмуде. Он поил их чаем с ежевичным вареньем и подводил к заветной банке, трепетно наблюдая за производимым впечатлением.

Однажды Венечка привел домой Снежную Королеву. Королеву звали Белла. Тонкими пальцами она вынула Махмуда из банки и, глядя в зеркало, поднесла к лицу. «Как он прекрасен», - сказала Королева Белла и заморозила Махмуда, превратив его в брошь, чтобы всегда носить при себе…

Александр Арнгольдт – творческая натура и эксцентричный персонаж, любимец богемы и французских женщин, обладатель титула и пальто с оторванными рукавами, коллекционер эфемерностей и крошечных коробочек, да и просто человек-пароход – впервые в этом сезоне воспевает ускользающую красоту.

«Я любила Махмуда…» - изящная минималистская коллекция для весны 2007 года, нежная, как увядающая роза, и дымчатая, как петербургское утро. Она построена на излюбленных дизайнером платьях, но включает также костюмы и легкие пальто.

Ткани, как всегда у Арнгольдта, отобраны с придирчивым вниманием и большим тактом – припудрены, припылены, струятся и шуршат, источают едва уловимый аромат ностальгии: тягучие атлас-шармёзы, армированный хлопок, крепы и хлопковый шифон составляют пикантные дуэты или выступают соло.

Цветовая палитра танцует полонез вокруг черного и белого, предлагая искушенному глазу подлинный деликатес – сливочные оттенки и тона шампанских вин, антикварный белый и прохладные бежевые тона, богатое разнообразие черных и серых оттенков. Орнаменты настолько деликатны, что скромно уступают место фактуре и изыскам кроя.

Точная деталировка и безупречность линий – характерный почерк дизайнера – привносят в коллекцию дух истинного кутюра, а драматичные банты и сложный объем декора служат той смысловой осью, на которую нанизываются все идеи коллекции.

Комментарии

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Комментировать новости могут только зарегистрированные пользователи.